Среда, 2017/Ноябрь/22, 06:49:12
Начало Регистрация Вход
Здравствуйте "Гость"

FORUM
       
Страница 6 из 6«123456
Forum EmigrateFan.ru » Общение » О музыке » Группа Кино и все о ней
Группа Кино и все о ней
TcoyДата: Вторник, 2008/Июль/29, 02:58:48 | Сообщение # 76
Группа: Удаленные





Снеж во пеервых Цой погиб на москвиче 2141 грустно 15 вгуста 2008 года 18 лет как нет Цоя
а статью не дают даже переписать
 
INFORSER666Дата: Суббота, 2008/Сентябрь/20, 12:27:31 | Сообщение # 77
Группа: Удаленные





Цой жив! Что тут говорить...
 
TcoyДата: Четверг, 2009/Апрель/30, 03:32:33 | Сообщение # 78
Группа: Удаленные





интересная статья про фамилию Цой
Для Корейца фамилия священна и неприкосновенна.
Никто не имеет права менять ее. Даже женщины, выходя замуж,
оставляют себе родительскую фамилию.
Каждая корейская фамилия имеет свой бон. Корейские чиновники
получали свой бон с земельным наделом.
Но закреплялся бон только через три поколения, если семья жила на
том же месте. Бон название том места, где фамилия приобрела суверенность.

Самая популярная фамилия «Ким имеет, к примеру, 61 бон.
У многих людей, живущих в Корее, хранятся толстые книги, заключающие
всю историю семьи. Цой одна из пяти самых распространенных корейских
фамилий. Она имеет 23 бона. Семья Виктора из города Вонджу
(следовательно, бон его «Вонджу»), который находится в провинции Канвон
на юге Кореи. Значение фамилии «Цой» объяснил Тек Сан Дин (
Юрий Данилович Тен): «Если переводить буквально «Цой это высота.
Вот как выглядит иероглиф «Цой» на ханмуне (древнем языке, основанном
на китайской грамматике). Он изображает дом у горы с тремя вершинами
и человека. В Корее владелец дома человек благородный, ВЫСОКОРОЖДЕННЫЙ.

Семья Виктора Цоя

ТЕН САН ДИН (Юрий Данилович), президент фонда помощи советским
корейцам (ветеранам войны и труда, работавшим в КНДР), рассказывает
о семье Виктора:
– Деда Виктора звали Цой Сын Дюн, русское имя Максим Максимович.
Он был моим другом. Мы подружились еще на Дальнем Востоке, до того,
как корейцев выслали оттуда, потом вместе учились на филфаке корейского
педагогического института в Кзыл Орде (Казахстан). У Цой Сын Дюна
четыре сына Юрий, Роберт, Леонид, Лев и дочь Алла. Старший, Юрий,
женат на русской (как и отец Виктора Роберт), живет в Москве и работает,
кажется, на каком-то секретном военном заводе. Роберт инженер,
живет в Ленинграде; Леонид живет в Подольске, работает на механическом
заводе; Лев экономист по образованию, живет в Кзыл ; Орде (кстати,
он мой зять). Алла работает в корейском ресторане там же,
в Кзыл Орде. Все они носят фамилию Цой. Впервые детей и внуков
Цой Сын Дюна я увидел в 1975 году, на его шестидесятилетнем
юбилее. Кажется, это был единственный случай, когда все
родственники собрались вместе. Виктору было лет 13, он был такой
рыжий и, как мне показалось, совсем не красивый. Помню, что
позднее родные очень беспокоились о нем: не учится нигде, не
работает... Особенно расстраивался дед все сыновья получили высшее
образование, все внуки как-то пристроены, а Витя такой шалопай!
Дед не успел увидеть Виктора знаменитым певцом, он умер в 1985 году.
Так вышло, что ещё при его жизни старший внук Слава, сын Юрия. погиб
в армии. А в 90 ПОГИБ ВИТЯ...

 
TcoyДата: Четверг, 2009/Апрель/30, 03:32:47 | Сообщение # 79
Группа: Удаленные





«СТОЛКНОВЕНИЕ автомобиля «Москвич-2141» темно-синего цвета с рейсовым автобусом «Икарус-280» произошло в 12 час 28 мин 15 августа 1990 г. на 35-м километре трассы Слока — Талси. Автомобиль двигался по трассе со скоростью не менее 130 км/час, водитель Цой Виктор Робертович не справился с управлением. Смерть В.Р.Цоя наступила мгновенно, водитель автобуса не пострадал».

«В.Цой был абсолютно трезв накануне гибели. Во всяком случае он не употреблял алкоголь в течение последних 48 часов до смерти. Анализ клеток мозга свидетельствует о том, что он уснул за рулем, вероятно, от переутомления».

Строки милицейского протокола и судебно-медицинской экспертизы сухо констатировали факты. Для людей, далеких от рок-культуры, они означали очередную жертву так называемого ДТП (дорожно-транспортного происшествия), каких на наших дорогах ежедневно случается немало. Но для тысяч других они несли нечто другое, а именно — Виктора Цоя, лидера ленинградской рок-группы, больше нет в живых.

Ему было 28 лет, почти 10 из них — в рок-н-ролле. Магнитофонные альбомы, пластинки, роли в кино. Стремительный взлет от кочегара, в свободное время выступающего в небольших клубах, до лидера группы, способной собирать целые стадионы поклонников.

Можно по-разному, конечно, относиться к песням Цоя и его вокальным данным. Но никто не будет оспаривать тот факт, что его влияние на молодые умы было огромно. Иначе не возник бы палаточный городок на Богословском кладбище в Ленинграде, где он похоронен, не появилась бы «стена Цоя» на Арбате, не происходило бы то же самое в других городах страны. Чем он «брал» этих ребят?

«Нам за честность могут простить практически все: и, скажем, недостаточно профессиональную игру, и даже недостаточно профессиональные стихи. Этому есть масса примеров. Но когда пропадает честность — уже ничего не прощают». Быть может, эти слова, сказанные В.Цоем в интервью «АиФ» (№ 39 за 1987 г.), и являются секретом его популярности: он всегда оставался честным в своих песнях.

К сожалению, его примеру следуют далеко не все. Так, сразу после его гибели по стране прокатилась волна явно сомнительных концертов, посвященных памяти лидера «Кино». На рынок сейчас выбрасываются его плакаты, фотографии и т.д., при этом совершенно не учитываются интересы родных и близких артиста. По словам продюсера группы Ю.Айзеншписа, в этот процесс включилось и ТВ, не так давно показав последний концерт В.Цоя». Вот, мол, какие телевизионщики молодцы: успели-таки отснять. Однако после выступления на МУЗЭКО-90 в Донецке группа «Кино» дала еще порядка 10 концертов.

«Но самое неприятное в этой истории, — сказал Ю.Айзеншпис, — другое. Когда мы приехали на фестиваль, то увидели, что концерт будет снимать телевидение. Но с нами это никто не согласовывал, и в договоре съемки не предусматривались. Поэтому первым желанием группы было отказаться от выступления, но это означало подвести всех своих поклонников, что для Виктора было неприемлемым. И музыканты согласились сниматься и выступать только при условии, что телевизионщики отдадут бесплатно оригинал записи. Но режиссер редакции музыкальных программ Н.Примак это всячески затягивала. А главный режиссер ГКЗ «Россия» С.Винников вообще предложил: поскольку, на съемку были затрачены определенные средства, то пусть «Кино» отдаст за пленку свой гонорар за выступление — это 30 тыс.рублей. Это уже попросту было прямым вымогательством».

Однако есть и хорошие новости. Чтобы сохранить то, что было сделано Виктором (ведь он был не только поэтом и музыкантом, но еще и писал картины, лепил, вырезал по дереву), решено создать Фонд памяти В.Цоя. В задачи фонда, входит также и помощь молодым музыкантам. Что теперь будет с группой «Кино»? — продолжал Ю.Айзеншпис. — Увы, такой группы уже нет. Оставшиеся музыканты сейчас работают над последним альбомом «Кино», пластинку с 9 новыми песнями любители этого коллектива получат к концу года. Будут также реставрированы старые песни «Кино», после чего пути музыкантов, вероятно, разойдутся».

 
TcoyДата: Четверг, 2009/Апрель/30, 03:33:31 | Сообщение # 80
Группа: Удаленные





Йа-Хха

Следующим фильмом, где снимался Виктор, была работа ученика Сергея Соловьева Рашида Нугманова, который защищал диплом во ВГИКе картиной "Йя-хха!" О своих друзьях ленинградских рок-музыкантах.

Картина эта на многих тогда произвела впечатление: подкупал нетрадиционный взгляд режиссера на мир ленинградской рок-тусовки, в котором, кроме радости открытия новой экзотической фактуры, таилась перспектива новой эстетики. Фильм заглядывал в будущее, предвосхищая расслоение пока еще монолитного общества, и строил свою драматургию, демонстративно пренебрегая традиционным сюжетом. Это был взгляд изнутри, лишенный высокомерия "отцов".

Мир, в который погружал фильм "Йя-хха!", - мир вольной стихии и жизнерадостного молодежного эпатажа, с чердаками и подвалами - временным прибежищем "звезд" и постоянным "местом прописки" их почитателей. Не исключено, что именно фильм "Йя-хха!" вдохновил Сергея Соловьева совершить экскурсию по ленинградским чердакам и подвалам, где он обнаружил многих персонажей будущей "Ассы", однако способ их существования в "Ассе", "Йя-хха!" и "Игле" принципиально разный.

Тем не менее, нечто (то есть некто) общее есть, и общее это - Цой, сохранивший и упрочивший свой романтический имидж в глазах кинозрителей, которым довелось увидеть все три картины. Ровному течению жизни романтический герой Цоя предпочитает крайность, а потому в нем всегда присутствует нечто фатальное, обреченное, ибо крайность враждебна жизни, заинтересованной только в самосохранении.

Здесь возникает тонкая разделительная черта между традиционной романтикой и неоромантикой в духе "новой волны". Ирония неоромантики распространяется далее, чем на дистанцию презрения к обывательскому размеренному существованию, - она подвергает холодному издевательству и саму идею поэтической обреченности романтического героя, снижая пафос его поступков до тривиальности. Важно при этом, что надругательство над пафосом происходит не от глупости или бездарности автора, а является в данном случае художественной задачей. Как бы то ни было, в "Йя-хха!"

Рашид Нугманов еще достаточно далек от такого рода концепций, потому что ироническое отношение к обреченности героя служит как бы гарантией его целости и невредимости. В фильме Цой - традиционный романтик. Он снят в котельной, где с чувством подбрасывает уголь в топку; жарко горит огонь - слишком жарко, и слишком суров герой, чтобы предположить в нем заурядного истопника. Нет, в недрах Дома культуры уже бушует огонь, еще немного, еще одна лопата угля... "Дальше действовать будем мы", - поет герой, наводя ужас на редакцию "Искусства кино", всерьез решившую, что, если на арену выйдут Цой и компания, кое-кому придется "отойти в сторону".

Рашид Нугманов встретился в Ленинграде с Цоем и Каспаряном у метро "Владимирская". Рашид по дороге в рок-клуб на Рубинштейна, 13 стал рассказывать ребятам о своем сценарии - "Король Брода". "Брод" - это центральная улица в Алма-Ате, где в начале шестидесятых стали собираться первые стиляги (брюки-дудочки, потом - клеш). Эту улицу стали называть "Бродом" от слова "бродить". Рашид всю эту историю хорошо знал, потому что ходил туда за старшим братом Муратом, который был старше его на восемь лет, и изо всех сил старался подражать ему. У Мурата одним из первых появился магнитофон, записи, первые рок-н-роллы, и Рашид все детство рос под звуки этой музыки.

А в 82-м Рашид начал собирать воспоминания брата и его друзей о том, что происходило на "Броде" лет двадцать назад. Это была замечательная эпоха. От нее веяло романтизмом тех времен. Как пел Высоцкий: "Где твои семнадцать лет?.." Рашид собрал много материала и в 84-м решил поступать во ВГИК. И уже во ВГИКе на основе этих материалов стал писать сценарий. Когда он услышал запись "45", стало ясно, что Цой - это тот человек, который ему нужен.

Осенью 1985 года у Рашида в разговоре с Алексеем Михайловым с операторского факультета родилась идея фильма. Михайлов немного польстил Рашиду и сказал, что видел его многие работы, они ему понравились, и, мол, не плохо было бы им вместе сделать фильм о рок-н-ролле. У него тогда была черно-белая пленка, камера - ему нужно было сделать курсовую работу. А Рашиду, как второкурснику, еще не положено было снимать самому. Но идея понравилась обоим. Правда, Алексей хотел использовать в фильме архивные материалы, которые у него были, например, рок-фестиваль в Вудстоке. Рашиду же был интереснее советский рок. Он и сам когда-то тоже пытался играть и петь, но все это закончилось в середине семидесятых. А тут вдруг пошла такая мощная рок-н-ролльная волна из Питера.

И Рашид предложил Михайлову: давай, мол, поедем в Ленинград и сделаем фильм именно о советском роке - он того достоин. Михайлов согласился, и они уехали. Перед этим встретились в Москве с Кинчевым, все обговорили и заручились его участием в этом проекте. Итак, Рашид предложил Виктору главную роль в будущем фильме. Но эта затея (Король "Брода") была еще довольно туманной: еще было неизвестно, когда поручат большую постановку, а пока - вот пленка, вот оператор - можно снимать импровизированный фильм о рок-н-ролле. Виктор согласился на съемки сразу. Потом Рашид поговорил с Майком Науменко и с Борисом Гребенщиковым и заручился их поддержкой. "Йя-хха!" они сняли весной 1986 года практически за две недели.

Материала наснимали очень много - на несколько часов. Конечно, Рашиду и Алексею очень хотелось сделать полнометражный фильм, да и весь материал так складывался. Но ВГИКовское начальство категорически отказало, потому что средства, которые отпускались на курсовую работу Алексея Михайлова, были рассчитаны на десятиминутный фильм, не больше. Всеми правдами и неправдами им все-таки удалось сделать сорок минут. В бешеном темпе кадры озвучивали, монтировали, собирали - и все это на средства десятиминутной картины. Кое-как успели к сроку, но фильм так и остался незаконченным. Поэтому многие сюжетные линии и связки просто пропали.

Рашид оставил только самые главные блоки, в которых есть общее впечатление, а не конкретная история. Хотя история в основе лежала очень простая: день свадьбы, ребята "тусуются", не знают, куда им податься, и уже к ночи забредают в кочегарку к Цою, который для них поет.

Конец каникул.

В 1986 году для Виктора Цоя, Юрия Каспаряна, Игоря Тихомирова и Георгия (Густава) Гурьянова началась новая полоса в жизни - съемки в кино. Правда, тогда ребятами заинтересовался только один молодой кинорежиссер Сергей Лысенко, который решил снять дипломную работу про русский рок. На четвертом курсе Лысенко (1984 год) впервые услышал песню "Время есть, а денег нет" и подумал про себя, что это идеальная киномузыка.

Потом ему как-то позвонил Роман Альтов, в последующие годы - организатор почти всех концертов "Кино" на Украине ("крестный отец" украинского шоу-бизнеса) и пригласил его к себе прослушать свежие записи с Ленинградского рок-фестиваля. Это были песни "Кино" из альбома "45". Вот с тех пор Сергей Лысенко и задумал сделать фильм о советской рок-музыке.

Позже он с Альтовым поехал в Питер к Цою. Встретиться в Ленинграде с Виктором помог президент Ленинградского рок-клуба, который, узнав о цели визита гостей из Киева, организовал им встречу с Цоем в кафе, которое называли ‚Сайгон. Это место часто посещал Виктор с друзьями.

Киевляне пришли туда чуть раньше, взяли кофе и стали ожидать Цоя, абсолютно не зная, как он выглядит. В кафе пару раз заходили парни восточного вида, но на Виктора по описанию не похожие. Когда появился Цой, Лысенко его сразу узнал.

Он был одет весь в черное, высокий, с уверенным взглядом. Прочитал сценарий фильма и сказал, что ему это понравилось. На следующий день они встретились в рок-клубе на Рубинштейна, 13. Цой пришел вместе с Каспаряном и Густавом. Им также понравился сценарий, и группа "Кино"? согласилась на съемки. Итак, после фестиваля в ДК "Невский", летом 1986 года "Кино"шники? прилетают в Киев сниматься в своем первом фильме "Конец каникул".

Сначала Лысенко удивлялся, насколько эти четверо были похожи в поведении и во многом единодушны. Шутили и дурачились они тоже вместе и по самым незначительным поводам: например, поднимаются на лифте на десятый этаж киевской гостиницы ‚Славутич?, где они жили, и вдруг хором начинают считать этажи, которые проехали: "Два... Три... Четыре... Пять..." Казалось, им было все равно, что о них подумают другие...

По приезде в Ленинград на встречу с Цоем и ребятами Сергей Лысенко засомневался: а поедут ли ребята в Киев? Тогда ведь все боялись радиации - недавно взорвалась Чернобыльская АЭС. Как тогда сочинил народ, наделенный особым ‚совковым юмором?:
Ускоренье - важный фактор,
Да забыли про реактор.
И теперь наш мирный атом
Вся Европа кроет матом...

А слухи расползались разные. Тогда, в 86-м, многие еще не знали, чем грозит новая, неведомая беда, но по привычке ничего хорошего не ждали и боялись. Молодежь всегда смотрела на вещи проще, и Цой с ребятами прилетел в Киев: он был человеком слова. Когда Лысенко с Альтовым встречали их в аэропорту тем летом 1986-го и увидели, как "Кино"шники уверенно вышли из самолета, то переглянулись между собой и сразу поняли: что-то будет. Даже не столько во внешнем виде было дело, - вспоминает Лысенко, - сколько в них было энергии! Да и - странное дело! - люди, проходившие мимо нашей компании, все время головы поворачивали. Цой поначалу недоумевал: почему все оглядываются?.. ...

Темные, подернутые мелкой рябью свинцовые волны киевского озера Тельбин. Холодный противный ветер. Одиноко стоящее дерево на песчаном берегу озера. Вдалеке медленно по песку идут трое. Останавливаются в шаге от камеры и смотрят в объектив - кажется, прямо на тебя. Один из них Виктор Цой.

Это первый кадр первого фильма в жизни рок-группы "Кино" - "Конец каникул", снятого чернобыльским летом 1986 года в Киеве студентом-пятикурсником режиссерского факультета Института культуры Сергеем Лысенко в качестве дипломной работы. В то время в Украине о "Кино"? знали лишь понаслышке. Тем не менее, в первый день съемок пришло такое количество народу, что съемочный процесс пришлось отменить.

За эту студенческую короткометражную работу ее автора, идеологически выдержанные преподаватели вуза решили завалить за пропаганду идей, чуждых советской молодежи. Вокруг ребят в Киеве сразу возник небольшой водоворот, - все-таки в союзной рок-тусовке Виктор уже был человек известный. Киевский рок-тусовщик Саша ‚Шериф, который старался по мере возможности оберегать их от эксцессов, устроил им один домашний концерт в Киевском Доме ученых.

Первый концерт "Кино" в Украине проходил в маленьком зальчике на 80 человек. Каким-то образом о нем прослышала киевская тусовка, в результате чего в тот вечер приличное количество молодых людей толпилось у парадного подъезда внизу. Тогда, после показа готового фильма в институте, члены комиссии начали усиленно ломать Сергея Лысенко, предлагая исправить фильм - подвести его к борьбе с империалистическими силами или ввести в фильм сцену комсомольского собрания, где все дружно осуждали бы Цоя.

Но Сергей, несмотря на то, что понимал, - упорствуя, он просто завалит свою дипломную работу - все-таки отказался переделывать "Конец каникул". Диплом он действительно завалил, но свою точку зрения отстоял. Позже Лысенко вспоминал, что именно месяц общения с Цоем вселил в него дух свободолюбия и помог отстоять свою правоту. И потом, несмотря на такой финал своего режиссерского дебюта о месяце проведенном с Виктором на съемочной площадке, Лысенко никогда не жалел.

Благодаря Цою и "Кино" он познакомился с совершенно иным отношением к жизни. Наконец-то настал последний день съемок ‚Конца каникул.

Сергей Лысенко едет к Роману Альтову домой вместе с Виктором и еще одним парнем и девушкой, снимавшимися в этом фильме. Сидели у Альтова до двух часов ночи, говорили за жизнь, потом кончились сигареты, и все впятером вышли на темную улицу, стояли под фонарями, останавливали машины и стреляли сигареты.

Наверное, если оценивать первый фильм Сергея Лысенко с позиций сегодняшнего дня, то он может показаться наивным, несерьезным, лишенным единой сюжетной линии, кому-то - вообще лишенным всякого смысла, где-то даже ‚детским по сравнению, скажем, с ‚Ассой или ‚Иглой, но прелесть этой ленты в том и заключается, что именно от Конца каникул берет свое начало путь Цоя в кино.

В этом коротеньком фильме Виктор остался таким, каким был в далеком 86-м и, возможно, именно в нем Цой меньше всего втиснут в образ супермена. В этом фильме использованы четыре песни "Кино", одной из которых - Раньше в твоих глазах отражались костры... - нет ни в одном альбоме группы.

Жаль только, что Виктор полностью смонтированную ленту так и не увидел.

Рок

Летом того же 86-го Алексей Учитель снимает свой документальный фильм "Рок". ""Рок" действительно начинался для меня с Виктора. Все действующие лица фильма (кроме, пожалуй, Гребенщикова, которого я немного знал) откровенно мне не доверяли, как не доверяли тогда вообще документалистам и прессе. И связываться со мной не хотели, - вспоминает режиссер этого фильма. - К Цою же вообще подступиться было невозможно. Тогда-то я, признаюсь, и вынужден был пойти на уловку.

Разведка мне донесла, что Марианна Цой ищет работу. Мы ей предложили пойти в нашу съемочную группу администратором. Благодаря этому нам и удалось попасть в ту самую знаменитую нынче кочегарку и поставить там свою камеру. Но договоренность с Виктором была жесткая. Трое суток мы снимаем все подряд, ни во что не вмешиваясь. После этого Цой отсматривает весь материал. И если что-то ему не понравится - он посылает нас подальше, а информацию обо всем этом передает по цепочке другим музыкантам. Так и сделали.

Мы отсняли - Виктор одобрил. После этого все остальные рок-группы принимали нас уже, как своих. Анатолий Соколков - старожил‚ Камчатки - например, считает, что режиссер ‚Рока? так и не понял ничего, несмотря на то, что его провели через все тусовки, познакомили со всеми ребятами. Фильм получился, по его мнению, не о роке, а о том, что ребята-то все нормальные, у них же, оказывается, даже дети есть! Как в зверинце. Фильм для идиотов - говорит Соколков. - Из такой бездны киноматериалов сляпать такой абсурд!

Там же такие были кадры потрясающие! По его мнению, фильм вообще стал возможен только потому, что Алексей Учитель тогда взял Марианну администратором. "Только благодаря этому фильм вообще состоялся, - говорит Анатолий. - Я не верю, что Учитель так вписался бы во все тусовки, если бы не Марианна. Ей просто понравилась эта идея, и она решила ему помочь. Я считаю, что в этом фильме ее заслуги гораздо больше...

Там в котельной были сняты потрясающие сцены, которые потом не вошли в фильм, например, как Цой с Башлачевым играют на одной гитаре и пр. Все это вырезали, оставили какие-то дебильно-романтические сцены, особенно с Цоем. Все это гораздо веселее было, - сокрушается дальше Соколков

Асса

В конце декабря 1986 года Виктор ездил в Москву для встречи с режиссером Сергеем Соловьевым, который начинал снимать фильм с названием ‚Асса. Главную роль в фильме предстояло играть Африке (Сергей Бугаев) и другим знакомым Соловьева. Цою предстояло сыграть только в одном эпизоде, где он должен спеть свою песню.

Виктор с большим энтузиазмом принялся за это дело. Начались поездки в Ялту, где шли съемки, а по возвращении он отрабатывал в Камчатке пропущенные смены, в течение которых ‚в долг работали без него друзья.

Игла

Историю создания Иглы рассказывает режиссер этого фильма - Рашид Нугманов: Так получилось, что Пете Мамонову (Звуки Му) я предложил совместную работу еще за полгода до съемок Иглы. У меня был такой спектакль, сделанный по Достоевскому - Кроткая. Анатолий Васильев, мой педагог по актерскому мастерству во ВГИКе, предложил мне повторить эту постановку в его театре - он как раз тогда получил помещение на улице Воровского. И я обратился к Пете, рассказал ему о своей затее и получил принципиальное согласие. А когда подвернулась ‚Игла?, я ему позвонил и сказал, что есть возможность сделать фильм, и он без колебаний согласился сыграть. Разумеется, сценарий ‚Иглы? был написан совсем не для Цоя и Пети Мамонова.

Нам приходилось все спешным порядком перетряхивать и пересчитывать на них. С Иглой вообще все происходило непредвиденно: Рашид даже предположить не мог, что он так быстро сможет получить полнометражную постановку. Для него, несомненно, это было удачей. В августе 1987-го он приехал на несколько недель на каникулы в Алма-Ату. Тогда Рашид был уже на третьем курсе ВГИКа. И вдруг его вызвали на студию объединения ‚Казахфильм. Руководитель объединения сказал тогда Рашиду, что у них в запуске находится фильм Игла, съемки должны начаться через месяц, но они уже дважды переносили сроки по этой картине, и худсовет, наконец, решил отстранить режиссера от съемок. Они предложили Рашиду взять самому этот фильм, но с тем условием, чтобы он смог уложиться в оставшиеся сроки и оставшиеся деньги. Это был счастливый случай для Нугманова, несмотря на то, что у него не было никакой возможности нормально подготовиться, посидеть над сценарием. Он тут же согласился, оговорив некоторые условия. Во-первых, Рашид выторговал для себя разрешение импровизировать, что-то менять в сценарии по ходу съемок, сохраняя сюжетную канву. Сам Нугманов вообще никогда раньше не собирался делать фильм о наркомании. Во-вторых, Нугманов хотел пригласить в качестве главного оператора своего брата - тоже студента третьего курса. А последним условием было то, что на съемки позволят пригласить непрофессиональных актеров, то есть друзей Рашида. Руководство объединения согласилось, и Нугманов тут же позвонил Виктору. ...Мы собирались еще годика через два начать что-то снимать, а тут такая возможность подвернулась, - радостно сообщил он Цою. Он сразу согласился, даже не читая сценария. Виктор прилетел в Алма-Ату и через пару недель начали съемки. Вообще с этим фильмом все произошло очень быстро и неожиданно. Фильмом приходилось заниматься день и ночь: днем снимали, а ночью придумывали, что нужно снимать завтра. Работалось легко и с вдохновением. Цой жил у Рашида с братом: днем - на съемочной площадке, вечером - у них дома. Они все обсуждали вместе. Песню Группа крови с самого начала решили использовать в этом фильме. Она была записана незадолго до съемок. У Виктора к тому времени уже была заготовка для будущего альбома - песен пять, к которым впоследствии добавились другие, и появилась Группа крови.

Цой написал еще и инструментальную музыку к ‚Игле, которая звучит за кадром. Когда Виктор первый раз смотрел готовую картину, он спросил Рашида: А где же моя музыка?? Он даже решил, что тот что-то выкинул, настолько там был насыщенный звуковой ряд. Но потом разобрался - все было на месте. Во время съемок Рашид Нугманов почти не думал о зрителе, он и Цой делали фильм прежде всего для себя. Сам Рашид вообще считает, что фильм нельзя делать исключительно для зрителя, подстраиваться под него. Ведь что может понравиться зрителю, вычислить практически невозможно.

Это ведь не боевик. Если вкладываешь в картину душу, считает Нугманов, то всегда найдется зритель, которому будет близко то, что ты делаешь. В Игле Цой впервые предстал как неоромантик. Немного угрюмый и одновременно лирически настроенный, герой Цоя лучше смотрится на фоне древних хижин, потрескавшегося дна высохшего моря, на фоне рассвета-заката, чем в пространстве урбанистического пейзажа. Однако город - это те же джунгли, в которых свои законы. Их нельзя нарушать, но нельзя и принимать слишком всерьез, иначе можно самому стать частью гигантского и бессмысленного механизма, слиться с ним. В фильме Цой выглядит максимально отрешенным от всего этого. Осмысленный взгляд цоевского героя и его ; естественные поступки отличают его от безумного способа существования других персонажей, а его черные джинсы и черная куртка кажутся в цветной палитре фильма неоромантическим аккордом, как черный плащ его исторических предшественников. Парадокс заключается в том, что дистанция между героем и миром образуется не благодаря презрительной иронии героя по отношению к убогой действительности, а потому что он относится к ней без всякого презрения, вполне трепетно и даже душевно, в то время как окружающий героя мир презирает сам себя. Это новое качество иронии, лишающей возможности смотреть на мир свысока, приводит к эффекту отстранения героя. Странным он кажется уже не потому, что оценивает земное с высоты, основанной на мифе о собственной исключительности, а потому, что чувствуя непреодолимое желание идти на край света, чтобы заглянуть по ту сторону, герой Цоя, тем не менее, обеими ногами твердо стоит на земле. Остальные же персонажи фильма так или иначе утратили чувство действительности. В этом фильме грезят все, а сама действительность похожа на галлюцинацию. Пытаясь спасти героиню фильма, с которой героя связывает трогательная любовь, пытаясь оторвать свою подругу от наркотиков, герой Цоя отвозит ее на берег высохшего моря, где окружающее пространство предстает как некая сверхгаллюцинация. Остов рыболовецкого судна на песчаном берегу погибшего моря кажется надгробием прошлому ушедшего моря - памятником погибшим надеждам. Как всегда герой-романтик иррационален, но что он может сделать, если иррациональна сама действительность?

В Ассе Сергея Соловьева уголовник, воображает себя космонавтом. В Игле тоже уголовник забирается на импровизированную трибуну и, воображая себя вождем, произносит сумбурную и зажигательную речь, а потом падает в непонятную яму, заполненную прелой листвой. А Петр Мамонов? Даже если ничего не знать о его музыке, все равно нельзя всерьез относиться к его мафиозному персонажу, опереточная пластика которого сводит на нет какой бы то ни было пафос борьбы с ним как с социальным злом. Рашид Нугманов стремится создать у нас не только иллюзию достоверности происходящего в фильме, но и поселить в нас уверенность в неправдоподобности созданного на экране мира.

Его фильм нельзя смотреть как сказку о романтическом принце, который пришел освободить свою принцессу из сонного царства, потому что за пределами наркотических иллюзий ее ждет галлюциногенное бодрствование, и выхода, из этого заколдованного круга похоже, нет. В подтверждение этой идеи камера время от времени делает панорамы по многочисленным экранам мониторов разных размеров, которые дополняют интерьер жилища героини. Экран телевизора неоднократно использовался в кинематографе для того, чтобы показать время, идущее за пределами замкнутого пространства повествования, оттенить происходящее на экране. Так в ‚Ассе? Африка - Сергей Бугаев, избитый в милиции за серьгу, парит ноги в тазу в окружении мамаши и бабки, а по ‚ящику? в это время показывают вручение Брежневу очередной золотой цацки.

Для Нугманова экраны ТВ - это действительность, которая почти не отличается от наркотического сна. Герой Цоя существует е фильме особняком от всех остальных персонажей потому, что он знает не только наркотическую реальность, но и другое измерение, а поэтому презрение к реальности неуместно. Наиболее убедительной неоромантической идеей по поводу обреченности героя-бунтаря явился финал картины, в котором Цой попадает в воронку изображений. Немного раньше возникает своеобразная ‚рифма? к тем кадрам, которые были в прологе.

Герой фильма возникает из урбанистического пейзажа, идет на статичную камеру, останавливается перед ней, закуривает. Кто он такой, откуда - мы еще не знаем. А в финале фильма он стоит на коленях в снегу, на который капает кровь из свежей ножевой раны, молча прикуривает сигарету и, с трудом поднявшись на ноги, уходит от нас в никуда - по еловой аллее в серебристо-мрачном свете фонарей.

На этом режиссер фильма мог бы поставить точку, рассчитывая, что в памяти у нас останется поэтический образ молодого человека, пострадавшего за идею, его взгляд, обращенный к убийце, - недоумение и понимание в этом взгляде, сквозь ресницы, на которые, не тая, падают снежинки. Смерть как плата, искупительная жертва ради торжества небесного над земным - здесь обычно заканчивается романтическая ирония. Неоромантическая простирается дальше.

За кадром появятся первые аккорды песни Цоя Группа крови, а в кадре - титр: Советскому телевидению посвящается.

Из экранной жизни героя Нугманов монтирует краткий и эффективный клип, который, снижая романтический пафос песни, обнаруживает и усиливает ее энергию, утверждая ‚жизнь после смерти.

Чувство сострадания к романтическому принцу сменяется улыбкой, смысл которой можно истолковать примерно так: вы думали, что мы принесли в жертву нашего Цоя ради истины и добра? Как бы ни так. Пусть Сергей Соловьев приносит в жертву Африку ради своих нелепых построений, в которых рок-культуре отводится место духовной антитезы господствующей культуре с ее лживой иерархией ценностей, позволяющей Брежневу царить в эфире, а Говорухину-папочке - в реальности. Пусть Африка, убиенный царевич будет немым укором отцам. Пусть рок-культура, то есть молодежь, подхватит в этом фильме цоевский клич: Перемен, мы ждем перемен!

Между этой песней Цоя в Ассе и Пожелай мне удачи в бою в Игле - целая историческая эпоха, хотя фильмы эти появились почти одновременно. У Нугманова Цой не является антитезой господствующей культуре. Конфронтации нет вообще, как нет в фильме деления на мир андеграунда и на мир сильных мира сего. Герой Цоя противостоит обыденному сознанию, в каком бы мире оно ни процветало, причем противостояние это отнюдь не на равных. Ибо герой просто обречен на торжество: оставаясь самим собой и не утрачивая чувства реальности для толпы, мечтающей об иллюзорном мире, он сам становится чем-то вроде наркотика. Этот первый полнометражный фильм Рашида Нугманова можно считать вполне значимым как для кино, так и для нашей рок-культуры. Игла содержит в себе перспективную формулу творчества и поиски стиля, для оценки которого категорий ‚левый? или ‚правый? уже недостаточно. А я ничего такого особенного не создавал, - ответил Виктор на вопрос, как соотносится Моро, образ на экране в Игле с реальным Виктором Цоем, - и никак не пытался залезть в чужую шкуру. Действовал так, как хотел бы вести себя в подобных обстоятельствах в реальной жизни. И кстати, задавали мне не раз вопросы, мол, не собираешься ли продолжать сниматься в других фильмах, ради чего занялся этим, не из меркантильных ли соображений.

Так вот: занялся ‚этим потому что было интересно, интересен именно этот фильм, а не вообще киноискусство. Что касается меркантильных соображений, то их у меня не было: за три месяца съемок в Игле денег получил порядка 2 500 рублей как композитор и исполнитель главной роли. Кстати, после Иглы Цою предлагали играть Маугли в мюзикле, но ему эта идея не понравилась. Я ведь не актер. И заниматься этим профессионально, изображать кого-то, перевоплощаться в других людей мне как-то совершенно не в кайф. Не интересно. Поэтому я бы с удовольствием снимался в кино, если бы мне предоставили право там вообще не актерствовать, а выражать себя - говорил Цой, когда ему задавали вопросы о будущих планах в кино.

Романтический имидж Цоя понадобился и автору Ассы. Только атрибутами, знаками стихии, которая вот-вот вырвется наружу в верхние этажи культуры, из машинного отделения в теплые и уютные каюты, стали не языки пламени, а тысячи огоньков зажженных спичек и зажигалок на концерте Цоя: ‚перемен, мы ждем перемен. Символика кадра перерастает его рамки - верх и низ могут поменяться местами (если ‚перемен не будет ‚сверху), противоположность таит в себе взаимообратимость. Такая или похожая схема и имеется в виду (и уже мифологизируется в кино), когда говорят о соотношении культуры и контркультуры, под которой в первую очередь понимают рок и все с ним связанное. Однако эта схема далеко не единственная.

В фильме Игла Цой уже далеко не могильщик господствующей культуры с ее лживой иерархией ценностей. И его в отличие, скажем, от Юрия Шевчука не тревожит ‚предчувствие гражданской войны. В мире, лишенном не только четвертого, но и третьего измерения, война для героя может быть только одна - с пейзажем, в котором можно, стоит только зазеваться, и раствориться, особенно если воевать с пафосом. По итогам опроса журнала Советский экран за исполнение этой роли Цой был назван лучшим актером года, а Игла удостоена первой премии фестиваля Золотой Дюк в Одессе. В успех Иглы больше верил Рашид Нугманов, чем Виктор. Для Цоя кинематограф был все-таки чужой территорией. Только когда завершили всю картину, Виктор убедился, что ее будут смотреть.

И все-таки такого огромного успеха Иглы никто не ожидал. Игла вышла на второе место по прокату среди советских фильмов 1989 года. При этом ведь режиссер не сделал никаких уступок массовому вкусу: он максимально убрал наркотическую тему, превратив ее только в повод; эротики, которая хлынула на экраны, в фильме тоже нет. Когда Цоя назвали лучшим актером года, он отнесся к этому с юмором. Нугманов с Цоем побывали на нескольких кинофестивалях и везде вели себя скромно. Сначала был фестиваль ‚Золотой Дюк в Одессе. Сам Нугманов узнал, что Игла приглашена на этот фестиваль, из газеты Известия.

Только потом ему сообщили из Госкино. Они с Виктором долго по телефону обсуждали - ехать на фестиваль или нет. Рашид все же убедил Виктора: Давай! Ведь никогда в жизни не были на кинофестивалях! Компания вроде ничего подбирается, фестиваль обещают веселый, да и город хороший. Они поехали, но все время старались держаться в стороне. Рашид Нугманов по первому образованию архитектор, и поэтому чувствовал себя не вполне своим среди метров кинематографа. А Виктор - тем более. Нугманов с Цоем относились ко всему происходящему там с достаточной долей иронии. Виктор даже говорил Рашиду, что был бы не против, если бы на фестивале Игле дали приз за самый худший фильм.

Последним кинофестивалем, на котором побывали Нугманов с Цоем, был фестиваль в Парк-сити (США). Вместе с ними тогда на фестиваль ездили Наташа, Джоанна и Юра Каспарян. Это фестиваль независимого американского кино, который еже' годно устраивает институт под руководством Роберта Редфорда. Игла там была в качестве приглашенного фильма. Ее поставили в категорию Sресiаl Event - Специальное событие.

После фильма Виктор выступил на сцене вместе с Юрой Каспаряном в акустическом варианте. Публика их просто не отпускала, заставляла играть еще и еще, хотя слов никто в зале, кроме иммигрантов, не понимал. Это был настоящий успех.

Все билеты на Иглу были распроданы еще за неделю, хотя даже на известные американские картины билеты можно было купить. Будучи в Монреале, Рашид познакомился с представительницей японской компании ‚Амьюз корпорейшн - она посмотрела "Иглу" и очень заинтересовалась фильмом. Видимо, она передала это своим боссам, и вскоре Рашид и Цой встретились с ними на фестивале в Парк-Сити. Там Джоанна, Юрий Каспарян, Виктор, Натаща и Нугманов жили в трехэтажном доме.

После показа "Иглы" на фестивале они устроили грандиозную вечеринку, куда пригласили всех продюсеров, в том числе и японцев. Выяснилось, что это очень крупная компания, которая занимается шоу-бизнесом. Они организуют и рок-концертя, помогают с записью, снимают фильмы и даже занимаются народной музыкой.

По воспоминаниям Нины Барановской, в последнее годы Цой много надежд связывал с кино. Как-то раз, еще в Ленинградском рок-клубе, у них зашел об этом разговор. Цой тогда жутко ругал Соловьева, говорил, что тот ничего не смог сделать из такого благодатнейшего материала. Барановская тогда грешным делом даже подумала, что этот благодатнейший материал - Африка (Бугаев) и он сам. Цой рассказывал тогда Барановской, что снимается в новом фильме, у Рашида Нугманова, и там все будет по-другому, глубоко и серьезно. Но когда он, с трудом подбирая слова, пересказал содержание будущего фильма, Нина подумала, что ничего серьезного там не будет. Ерунда какая-то: несчастная девочка, наркотики...

Цой очень гордился своей работой в Игле в какой-то момент осознал себя актером. Хотя он не признавался в этом, ему хотелось и дальше заниматься кино...

Последний герой.

Фильм посвящен памяти Виктора Цоя, легендарного музыканта, лидера группы Кино, погибшего в автокатастрофе. Снимались родственники, друзья, близкие. Отрывки из фильмов с его участием, любительские съемки, концертные выступления.

 
TcoyДата: Четверг, 2009/Апрель/30, 03:34:03 | Сообщение # 81
Группа: Удаленные





Юрий Каспарян

Современные фото: 1 2

Родился 24 июня 1963 года.

В восьмидесятые годы популярность группы "Кино" гитаристом, которой он являлся росла с геометрической прогрессией.

В девяностые годы стал записывать интеллектуальную, авангардную музыку.

С 1982 по 1990 - гитарист группы "Кино". Принимал участие в записях восьми альбомов группы: 46, Ночь, Начальник Камчатки, Это не любовь, Группа крови, Звезда по имени солнце, Французский альбом, Черный альбом. Параллельно играл в проекте "Поп механика". Много гастролировал по городам СССР, Италии, Дании, Финляндии, Франции, Германии.

Принимал участие в записи саунд-треков для фильмов: "Господин оформитель", "Игла", "Гуси лебеди".

С 1990 года сотрудничает с арт-группой "Атриум драконовы ключи", руководителями которой являются Сергей де Рокомболь и Анна Николаева. Писал музыку для ряда концептуальных проектов: "Драконовы ключи", "Таранавтика", "Артикуляция". В том числе экспериментировал по совмещению концептуального формата с рок и поп-музыкой.

В 1991 году сделал первую музыкальную интерпретацию базовой концептуальной разработки арт группы - "Атриум - алфавита".

В этом же году она была представлена на выставке группы, на первой советско-американской конференции по транс-персональной психологии.

Участвовал в записи трех альбомов, как исполнительный композитор:"Драконовы ключи", "Незаконно рожденный или алькхимик доктор Фауст - пернатый змей" (концепт Сергея де Рокомболя, тексты Виктора Коваля, песни поет Вячеслав Бутусов), "Звездный падл" (концепт Сергея де Рокомболя, тексты Евгения Всеволодыча Головина, песни Бутусова).

Виктор Цой

Виктор Цой родился 21 июня 1962 года в Ленинграде, в семье преподавателя физкультуры Валентины Васильевны и инженера Роберта Максимовича.

В 1969 году Виктор поступил в школу, где работала его мать. Вместе с ней он сменил три школы.

В 1974-77 годы посещает среднюю художественную школу.

В 1978 году, окончив восемь классов, поступил в художественное училище им. В. Серова, где возникает группа «Палата №6» во главе с Максимом Пашковым.

В 1979 году Виктор поступает в СГПТУ №61 на специальность резчика по дереву.

Летом 1981 года возникает группа «Гарин и Гиперболоиды». Состав: Виктор Цой, Алексей Рыбин, Олег Валинский.

Осенью 1981 года группа входит в Ленинградский Рок-клуб. После ухода Олега Валинского группа переименовывается в «КИНО».

Весной 1982 года записывается альбом «45». Виктор знакомится с будущей женой Марианной.

Первый электрический концерт группы проходит в Ленинградском Рок-клубе совместно с группой Бориса Гребенщикова «Аквариум».

Цой оканчивает училище и идёт работать в реставрационные мастерские в г. Пушкин.

Осенью 1982 года идёт на работу в садово-парковый трест резчиком по дереву.

Первые акустические концерты в Москве.

В феврале 1983 года у Виктора Цоя и Алексея Рыбина возникают разногласия и Алексей Рыбин покидает группу.

Летом 1983 года записывают фонограмму «демо» у Алексея Вишни, получившую название «46».

Осенью 1983 года проходит обследование в психиатрической больнице на Пряжке и получает «белый билет».

Весной 1984 года группа выступает на втором фестивале Рок-клуба и получает звание лауреата.

Во второй половине 1984 года записывается «Начальник Камчатки» в студии Андрея Тропилло совместно с музыкантами «Аквариума». Формируется второй состав группы: Виктор Цой (гитара, вокал), Юрий Каспарян (гитара, вокал), Георгий (Густав) Гурьянов (барабаны, вокал), Александр Титов (бас, вокал). Титов входил в состав «Аквариума», поэтому через некоторое время на его место пришел Игорь Тихомиров.

В феврале 1985 года Виктор женится на Марианне.

Весной группа получает звание лауреата на третьем фестивале Рок-клуба.

5 августа 1985 года у Виктора и Марианны родился сын Александр.

Во второй половине 1985 года работа над альбомами «Ночь» и «Это не любовь» в студии Андрея Тропилло и Аексея Вишни. В свет выходит альбом «Это не любовь».

В январе 1986 года выходит «Ночь».

Весной этого же года группа выступает на четвёртом фестивале Рок-клуба и получает диплом за лучшие тексты.

Летом 1986 года в Киеве снимается фильм «Конец каникул» с Виктором Цоем.

Выходит пластинка «Red Wave».

Виктор идёт работать в котельную «Камчатка». Участвует в съёмках фильма «Рок» режиссёра Алексея Учителя.

В конце года снимается в эпизодической роли в фильме «Асса».

Весной 1987 года последнее выступление «КИНО» на фестивале Рок-клуба, где группа получает приз «за творческое совершеннолетие».

Записывается альбом «Группа крови».

В 1987 году снимается фильм «Игла» с Виктором Цоем в главной роли.

В 1988 году выходит «Группа крови». Записывается «Звезда по имени Солнце».

Летом 1989 года вместе с Юрием Каспаряном Виктор едет в США.

Группа участвует в фестивале «Золотой Дюк» в Одессе.

Во Франции выходит пластинка «Последний герой».

Весной 1990 года Виктор посещает Японию.

В июне 1990 года проходит последний концерт группы в Москве в «Лужниках».

15 августа 1990 года на 35-ом километре трассы Слока-Талси в Латвии произошло столкновение автомобиля Виктора (Москвич-2141, тёмно-синего цвета) с рейсовым автобусом (Икарус-280).

В 12.28 не стало Виктора Цоя. Смерть была мгновенной. Патологоанатомы сухо констатировали факт: Виктор не справился с управлением или заснул за рулём...

Нам лишь остаётся верить или не верить в это...

P.S.: 15 августа 1990г. погиб последний герой!

Георгий Гурьянов

Художник, музыкант.

Родился в 1961 в Ленинграде. Закончил городскую художественную школу No1. Поступил в училище Серова, проучился год и ушел оттуда, поскольку образование которое там предлагалось, ничего не давало.

Это были времена процветания модернизма в искусстве.

Чтобы этому противостоять, занимался не живописью, а музыкой.

Виктор Цой, мой приятель, тоже учился в училище Серова. Был молодым, красивым, энергичным, хотелось на сцену: жанр альтернативной поп-музыки был тогда очень популярен.

С детства учился в кружке игры на балалайке, домбре, пианино, гитаре, имеет очень чувствительные уши. Занятия музыкой кончились полным успехом.

В середине 80-х был барабанщиком группы "Кино", вокалистом и барабанщиком "Поп-механики".

В 1982 встретился с Виктором Цоем.

С 1984 стал барабанщиком в его группе и работал там до самой смерти В. Цоя и распада группы.

В 1980-е ничего не писал, поскольку считал, что настолько прекрасен, что сам является произведением искусства, и нужно только появляться в нужных местах в нужное время.

Занимался разработкой образа звезды, но так и не выработал.

Была некоторая ревность к В. Цою, - поскольку понимал, что не может так хорошо, как он, складывать слова в конструкции.

Не понравилось быть поп-звездой и в 1988-1989 стал серьезно заниматься своим делом - живописью.

Был художником еще до того, как познакомился с Тимуром Новиковым (приблизительно в 1879 году). Принимал участие в совместных проектах как "0-революция", "0-объект".

Выставки проходили в ДК Кирова, ЛДМ, что было омерзительно, поскольку не хотелось идентифицировать себя с этими людьми.

Всегда любил неоакадемизм. К этому обязывает жизнь в Петербурге.

После просмотра фильма Фассбиндера "Кэрель" в живописи появилась матросская тема.

Как только стало возможным путешествовать, посетил Копенгаген и Амстердам (неприятный хипповский город), Париж, Рим, Будапешт, Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Кадакес (любимый город Сальвадора Дали), долго жил в Берлине (очень понравился).

В Лондоне полюбил Испанию (там был своеобразный культ Испании) и по приглашению друга посетил Мадрид. Там нашел все, что хотел. Мадрид и Лондон - любимые города: Лондон - как мегаполис, Мадрид - для радости, души и наслаждения.

С тех пор работал только для того, чтобы вернуться в свой Мадрид.

С 1993 учит испанский.

Хочет быть британским подданным, иметь недвижимость в Испании, жить в Санкт-Петербурге.

Игорь Тихомиров

Современные фото: 1

Игорь Тихомиров Рувимович родился 17 апреля 1961 года в городе Ленинграде.

Окончив школу, поступает во ВТУЗ, но диплом так и не получил, оставив учебу.

В 1981 году организовал группу, которая позднее стала называться "Джунгли" (группа просуществовала до 1990 года).

В группу КИНО попал осенью 1986 года, сменив басиста Александра Титова (Аквариум), который больше не мог "разрываться" между двумя группами. Тем не менее, Игорь продолжал играть в группе "Джунгли", а так же принимал участие в записях некоторых альбомов группы "АлисА", "Охота романтических и х", "Популярная механика" (в этой группе участвовала добрая половина Ленинградского рок-клуба, даже сам Цой), снимался в фильме "АССА".

После гибели Цоя, и распада КИНО, Игорь играет в группе DDT на басу в программе "От & До", принимает участие в записи альбомов "Актриса Весна" и "Любовь".

В данный момент продолжает сотрудничать с группой DDT, занимаясь звуковым решением программ и концертов группы.

В конце 90-х записал альбом "Сын солнца". Где и с кем – неизвестно. Работал в джазовом проекте с А. Ляпиным. Игорь является организатором и вдохновителем питерского рок-клуба"Полигон".

В 2000-2001 г.г. он принял участие совместно в проекте "Звездный Падл" с Юрием Каспаряном и Вячеславом Бутусовым.

Александр Титов (из первого состава)

Александр Валентинович Титов родился 18 июля 1957 года в Ленинграде.

Проживание в районе, называемом Петроградская сторона, во многом определило, как показало будущее, его жизненный и творческий путь.

Он учился в одной школе с Дюшей и Александром Ляпиным, правда на класс младше. В общем, это была одна компания, хотя Александр учился еще в четырех школах.

Кстати, одноклассником Титова в той же школе был Михаил Малин, известный питерский музыкант, первооткрыватель intellegent dance music в Ленинграде, приятель Брайана Ино, неоднократно с ним работавший в Англии.

Музыкального образования даже в детстве Титов не получил.

В 20 лет он, впрочем, проучился полгода в платной музыкальной школе.

После школы полтора года учился в Технологическом институте на инженера-технолога. Отслужил в армии рядовым.

На бас-гитаре научился играть самостоятельно.

В 1977 году Александр некой играл в группе вместе с Михаилом Малиным и Александром Ляпиным.

База, а одновременно съемная квартира Малина и Титова была ограблена, и Александр устроился работать в Ленконцерт грузчиком.

В то же время он стал снимать комнату в знаменитом доме Фалалеева на Каменном острове, где в разное время на тех же условиях проживали Гребенщиков и Ляпин.

На первом этаже того же дома в тот момент жил Юрий Ильченко, культовый питерский гитарист из группы "Мифы", впоследствии игравший в "Машине времени", "Интеграле" и "Землянах".

Знавший о безработном положении Титова Ильченко позвал его в 1979 году играть в "Земляне".

После "Землян" Титов оказался в другой ленконцертовской группе "Август" (ее тогдашний лидер Олег Гусев - ныне модный клипмейкер, снявший клипы Киркорова, "Иванушек Интернэшнэл", Ирины Салтыковой и кучи других деятелей), где играл до осени 1983 года.

В свете юношеской дружбы с Дюшей Титов даже в свой ленконцертовский период был знаком с творчеством "Аквариума" и его персоналиями, ходил на концерты.

По собственной версии в 1977 году он даже чуть не вышел с ними на сцену - Файнштейн служил в армии, его приезд на московский концерт в издательство "Молодая гвардия", организованный А. Троицким был под вопросом.

Титов, Ляпин и Губерман прошли программу, но приезд Файнштейна сделал участие Титова лишним.

Своим появлением в "Аквариуме" в 1983 году он обязан случайным предложением Дюши зайти на запись "Радио Африки" в передвижную студию "Мелодии".

В виду отсутствия в студии в этот день Файнштейна и необходимости беречь чудом полученное студийное время Титов сыграл бас на "Времени Луны".

На летнем фестивале в Выборге Гребенщиков предложил ему окончательно перейти в "Аквариум".

Титов играл в "Аквариуме" до 1989 года. Был единственным, кто принял основательное, а не фрагментарное участие в американском проекте Бориса Гребенщикова "Radio Silence"- то есть и играл на альбоме, и участвовал в мировом концертном туре.

В 1992 году Александр единственный был приглашен в новообразование Гребенщикова "Новый Аквариум", где играл до февраля 1996 года, пока не попросил политического убежища в Англии.

Звук безладового баса Титова стал фирменным звуком "Аквариума" 80-х.

Многие даже ошибочно приписывали Александру идею использования баса, как солирующего инструмента в песнях группы.

Это неверно. Еще Файнштейн в некоторых песнях применял этот прием, что в прочем не умаляет красоты титовского баса.

Также с появлением Титова в группе появилось реальное многоголосье, так как Александр стал третьим бэк-вокалистом наряду с Дюшей и Гаккелем.

Кроме того, в 1984 году на несколько лет возобновились акустические квартирные концерты, где минимальный рабочий состав был Гребенщиков + Титов.

С 1984 по 1986 год Титов был басистом группы "Кино", также некоторое время играл в "Зоопарке".

После ухода из "Аквариума" в 1989 году поиграл в группе "Клуб кавалера Глюка" вместе с Олегом Сакмаровым.

Тогда же создал с Алексеем Раховым ("Странные Игры", "АВИА") и Александром Кондрашкиным ("Аквариум", "Странные Игры", "АВИА", "Поп-механика" и др.) группу "Восток-1", просуществовавшую недолго. Одновременно английских группах.

 
Forum EmigrateFan.ru » Общение » О музыке » Группа Кино и все о ней
Страница 6 из 6«123456
Поиск:

EmigrateFan.ru - Группа Кино и все о ней - Страница 6 - Forum EmigrateFan.ru
Rambler's Top100 Каталог фан клубов и сайтов для фанатов www.fanat.org

Copyright Emigrate Music © 2006-2017